- Я понимаю, что мне как ведущему и модератору предстоит нелёгкая задача. Роль миротворца, дипломата, временами и парламентёра. Ну, я к этому подготовился заранее. Сам проект подразумевает жаркие дискуссии и споры, но чётко прочерчены и грани, за которые переступать нельзя. Я постараюсь серьёзно подходить к отбору участников, чтобы исключить возможность неадекватных действий или каких-либо провокационных и агрессивных проявлений в студии. Знаю, что это будет непросто. Мои друзья шутят, что мне как телевизионщику было бы выгодно, если в студии происходили бы зрелищные конфликты и потасовки, потому что это поднимет рейтинг. Это, может, и забавно, но мы делаем политическое реалити-шоу, а не «Дом 2», и раз уж оно носит такое солидное и ответственное название, все мы, приложившие руку к этому проекту, должны обязательно соответствовать ему и показать людям лучших представителей современной молодёжи Карачаево-Черкесии. Надеюсь, что это нам удастся.
- Почему-то меня всегда терзал рой бесконечных мыслей. Я мог целыми ночами не спать, думая о каком-то политическом или историческом событии. Причём, это во мне проявлялось и в школе. Родители ругали меня за то, что я много о чём-то думаю. Я и сам иногда уставал от своих мыслей и даже завидовал своим сверстникам, у которых в голове были тусовки, компьютерные игры и девушки. Не скажу, что я вообще был далек от таких интересов, но к ним всегда добавлялись размышления о мире, о Боге, истории моего народа, современной политике, кино. Видимо, таков мой удел. Но в то же самое время я никогда не отделялся от своих ровесников, любил играть и общаться. Что касается сегодняшней молодёжи, хочу сказать, что категорически не согласен с утверждением, что дети 80-90-х – очередное «потерянное поколение». Это далеко не так! Мы успели увидеть и хорошее, и плохое за эти годы. Постсоветское детство преподало нам жёсткий урок выживания и непоколебимую тягу к победе и успеху. Думаю, что мы ещё себя проявим с хорошей стороны, несмотря на все сложности и вызовы времени!
Стихотворения Артура Кенчешаова
НА ЗАБРОШЕННОЙ ДЕТСКОЙ ПЛОЩАДКЕ
Стык времён нестабильный и шаткий
Нашей жизни меняет черты.
На заброшенной детской площадке
Я тону в сорняках пустоты.
Тишина, здесь твой образ плачевен!
Скрип железа, как петли дверей.
В заржавевших суставах качелей
Лишь тепло повзрослевших детей.
Ну, а где современное детство?
Под каким непонятным воздействием
Мир привычный ушёл со двора?!
Снова память мне дышит в затылок,
В омут прошлого снова маня.
Из нутра вездесущих бутылок
Слава Богу, наш век не бездетный!
Ни войны, ни болезней здесь нет!
Просто как-то от нас незаметно
Наши дети ушли в интернет!
Лиловыми рассветами обласкан,
Бессонный взгляд Кавказского хребта.
Я шлю тебе салам, мой брат абхазский,
Его передадут тебе ветра.
Мне не хватает наших разговоров,
Где главной темой был всегда Кавказ.
Считали мы, что нас разделят горы,
Они, напротив, швом скрепили нас.
Я верю, что сойдёмся, как когда-то,
В горах родимых будем мы блуждать.
Ты будешь вновь цитировать Баграта,
А я тебе - Кешокова читать.
Орлов свободных среди скал застанем,
Мечтами мы за ними полетим.
Споём «Истамбылак1уэ» и «Шиш-нани»,
О мухаджирах вместе погрустим.
И, как адыгэ унэ и апацха,
Сердца свои радушно отворим.
Станцуем Лъапэрисэ и Абхазский,
О будущем с тобой поговорим.
Но если в дом с насмешливым оскалом
К тебе тревога постучится вдруг,
Я, как конфедерат, по перевалу,
Приду к тебе на помощь, добрый друг!
Заря свои откроет снова дверцы,
Зажжётся день, пропахший черемшой.
Там будешь ты - абхаз с черкесским сердцем,
И я - черкес с абхазскою душой.
Артур Кенчашаов (справа) с другом, абхазским поэтом Дмитрием Габелиа
ПРОСТИТЕ ВЫ НАС, ВЕТЕРАНЫ
Простите вы нас, ветераны,
Простите за правнуков пьяных,
За то, что чернила толпа вас,
Что часто оплаченный пафос
Простите вы нас, ветераны,
Что все побеждённые страны
Простите вы нас, ветераны,
Что память не входит в наш ГОСТ.
За скудную мелочь в карманах
И крошечной пенсии горсть.
Пронзают, как будто копьём,
Что кто-то посмел сигареты
Подкуривать Вечным огнём.
Простите, что стали чужими
Простите, коль не заслужили
Человек, что прославился словом,
Ты блистать на трибунах умел.
Ты речами богат, безусловно.
Если б столько же было в них дел!
Человек, прогремевший делами,
Многословностью ты не грешил.
Но бывало не раз, временами,
То, что можно уладить словами,
Неоправданной силой крушил.
Прочертила нам жизни пределы
Геометрия снежных вершин.
Равновесие слова и дела -
Вот залог настоящих мужчин.
Отгорят стоваттные рассветы,
Новый день процедят жалюзи.
Беспокойным призраком поэта
Убегу по выцветшей грязи.
Как в 3D раскрытое раздолье
Растворит в себе печали груз,
Заглушить машину, выйти в поле
Позовёт есенинская грусть.
Хулиганом не был я в народе,
Многим не похож я на него,
Но в безумных мыслях о свободе
Чувствую духовное родство.
Как он шёл в объятия берёзки,
Поспешу к израненной скале,
И тропинки серая полоска,
Как экватор, мир расчертит мне.
Я пройду под небом светлооким,
Спляшет речка снова под мостом.
Будет рядом друг четвероногий,
Так смешно виляющий хвостом!
Город мой неоновый, ну, хватит!
Не зови к себе ты, не зови!
Я внесу девчонку в синем платье
В тихий сад есенинской любви.
Правил мной порою лживый бал.
Разум мой, как в душном «Англетере»,
В темноте, бывало, погибал.
Мироточит май дождём весенним,
По зелёным склонам побегу.
В этот миг я сам чуть-чуть Есенин,
Призрак на ромашковом лугу.
Судьба бросала часто вызов нам.
Мы возносились гордо над мирами,
Как скалы, преграждали путь врагам,
И, как деревья, стоя умирали.
За каждый камень бились до конца,
И дым боёв чеканил наши лица.
Но пулями пробитые сердца
В груди народа продолжали биться.
И в битве не сдаются в плен.
Не знали сна мы с ночи до зари,
И каждый день был пламенем задушен.
Но честью наполняла наши души.
Наш правнук, ты бесславием сражён,
Не в тех делах отважен и усерден.
Гордишься, что адыгом ты рождён.
А мы несли наш флаг до самой смерти.
Врезались в контуры медалей,
Друг друга люди поздравляли.
На День защитника Отчизны.
Казалось, этот праздник жизни
Вступал в законные права.
Теряясь в праздничных рядах,
Тогда заметил я случайно,
Как, погрустнев, мой брат-вайнах
Глядел в историю печально.
Я ничего сказать не смог,
Когда в тиши услышал стоны,
А в сердце бились эшелоны
О рельсы выцветших дорог.
И вспомнил я, что этот день
Не только символ благородства,
Таил двусмысленности свойства.
Тогда сошлись в душе моей
С молчаньем жуткой годовщины.
Я шёл сквозь толпы, негодуя,
С другими братьями скорбя.
Под фейерверкные раскаты.
Ну, а в глубинах красной даты
Ты нам дарована свободой,
Вне правил времени, вне моды,
Ты - образ всей моей земли!
Для нас историей ты сшита,
Кинжалом к ней пригвождена.
Всегда была ты рядом с нами,
Расправив крылья башлыков.
Ты мой народ сопровождала,
Хоть горя было и не счесть.
Тебя и подлость надевала,
Но ты украсила лишь честь.
И газыри над жизнью зыбкой
Друзьям светили, как улыбки,
Врагов слепили, как клыки.
Ты и в плену эпохи мрачной
Наш дух, порой неоднозначный,
Лишь ты смогла в себе вместить.
Мы направляем к жизни новой
Свой исцелённый твёрдый шаг.
Ты проступаешь сквозь пиджак.
Ты - мой триумф, моя победа!
Твой шорох- песня для меня!
В какой одежде б ни был я!